Вилле Вало выглядит немного бледновато, когда мы встречаем его для интервью в Кёльнском отеле. Тем не менее тридцатишестилетний фронтмен хЫм не потерял ничего от своего обаяния, которое принесло ему и его группе со времен его супер- хита Join me огромную популярность. Своим восьмым альбомом Tears on Tape хЫм снова заполнил полки. Почему работа в студии была отложена на восемь месяцев и почему кушать перед концертом для него абсолютно NO-GO, Вилле рассказал в своем интервью.



Инт.: Вилле, мои поздравления восьмому альбому! Ваши фанаты очень по вам соскучились, пока у вас был «перерыв».

Вилле: Спасибо! Да, восьмой альбом занял у нас некоторое время. Но когда ты пытаешься сделать крутой альбом, на это требуется много времени.

Инт.: Ты же чуть-чуть говоришь по-немецки, да?

Вилле: (на немецком) совсем чуть-чуть.

Инт.: Неплохо! Может ещё что-нибудь? 

 Вилле: Да, но в большинстве своем это то, что нельзя говорить при детях (ухмыляется). В свое время когда мы были в туре по Дойчляндии , я вполне мог болтать на немецком, но не тогда, когда речь шла о всяких там высоких материях и тому подобное. Это дольно сложно для меня. 

Инт.: Есть ли какие-нибудь вопросы, которые ты бы не хотел обсуждать?

 Вилле: (прикидывает) да собственно нет. Хотя подожди… Этот заключительный «Может ещё что-нибудь добавишь?» (кривит лицо). Это ж наитупейший вопрос в мире. 

Инт.: Давай поговорим о Tears on Tape. Какая песня для тебя наиболее лучше передает атмосферу альбома?

 Вилле: Было бы намного проще предоставить выбор слушателям. Нам самим нравится то, над чем мы так долго работали, нам это просто близко. Но если бы я выбирал, я бы сказал «Lips go Blue»- вторая песня с альбома. Это первая песня, которую мы играли во время репетиции и первая, которую мы записали. И когда мы её записали, она как бы привела нас к остальному альбому. Поэтому я считаю эту песню очень важной. Мне нравится мелодии, акустическая гитара, рифы, хымоподобные аккорды, она объединила в себе все элементы альбома. Но это длилось несколько месяцев, пока мы были в состоянии вслушиваться в неё с объективной точки зрения. Я был поглощен миксованием, я сконцентрировался на деталях, я знаю каждый эффект. Для меня и группы очень сложно слушать альбом ушами «непосвященного» слушателя. 



Join me – наиговенная песня, которую мы когда-либо слышали.

Инт.: Насколько тяжел был для вас выбор сингла? Это все равно что выбрать наилюбимейшего ребенка, или?

 Вилле: (смеется) Да нее, на самом деле нет. Нам было почти по барабану, какую песню сделать синглом. После того как мы так долго парились с этим альбомом , мы переговорили со звукозаписывающей фирмой, семьями и друзьями, чтобы выяснить, какую песню они помнят после первого прослушивания. Так мы и выбрали песню. Я не думаю, что здесь есть что-то правильное и неправильное. Я бы, например, в свое время никогда не подумал, что Jion me крутой сингл. Первая выпушенная версия продавалась миллионным тиражом, но звукозаписывающая фирма ненавидела её. Они говорили: «Это наидермовейшая песня, которую мы когда-либо слышали». Но позже она стала номер один! И потом они вдруг заявляют: «Это была наша идея! Мы поняли это сразу!». Полная чушь! Тогда у нас было много такой фигни. И близость к творческому процессу создания песни, делает нас решительнее, чтобы сказать: «ЭТО ПЕСНЯ!». Но все же лучшее – это позволить людям решать. 

Инт.: Да, но что касается стран: вы выпустили три разных сингла для США, Великобритании и Дойчляндии. Неужели у всех такие разные вкусы?

 Вилле: Не обязательно музыкальные вкусы, но в каждой из этих стран у нас своя история. Да и в Германии нет Rock-Radio. У тяжелых гитарных рифов нет никаких шансов. Но это только здесь. В Америке, которая намного больше, существует до хрена всяких рок чартов- шмартов и т.д.. Там есть деление на жанры, да и рок сцена там намного больше. Наш тамошний супер успех- это (прикидывает) (Rip Out) The Wings Of A Butterfly, штучка в стиле 80х. И там у нас совершенно другая история, чем , скажем, в Великобритании. Там самый известный альбом это „Love Metal". Это в целом показывает общую картину, как нас воспринимают в разных странах и объясняет различия. В Дойчляндии наш лейбл больше склоняются скорее к «поп»композициям, потому что их чаще крутят по радио. Это политика, но мы ничего не имеем против, потому что мы гордимся нашим альбомом и тем, что из этого вышло. Поэтому нам относительно все равно, какая песня теперь выбрана. И чтобы посмотреть на это с другой стороны: на сегодняшний день создается довольно мало альбомов, где можно сразу выбрать три сингла. 

Инт.: Во время, соответственно перед работой над альбомом из-за болезни Гаса у вас случился такой кризис бытия. Сейчас снова он сто процентов здоров?

Вилле: О да, его руки снова в порядке. Чего не могу сказать о его голове… Никогда не был уверен, что с ней все хорошо (ухмыляется). Нет, он на самом деле в порядке. Он проболел около восьми месяцев. Это на самом деле довольно долго. Мы не знали, сможет ли он снова работать. Знаете, многие музыканты и спортсмены заканчивали свою карьеру из-за такой же болезни. Когда одна часть твоего организма перегружена, может случиться так, что она никогда снова не будет здорова. И Гасу в этом случае очень повезло. Да и нам тоже. Но это продолжалось слишком долго – ему приходилось месяцами гонять к врачам. А это очень утомительно. Нам уже не терпелось начать, а все, что мы могли делать – это ждать.



Инт.: И теперь было два выбора: найти нового барабанщика или распустить группу.

Вилле: Именно. Но это было бы первое, что пришло на ум, потому что мы никогда не были в такой ситуации. 

Инт.: Но можно же было предположить такую ситуацию?

Вилле: Да, конечно. Мы же дружбаны, которые выросли вместе. Я, пожалуй, скажу так: Если со мной что-нибудь случиться,если меня переедет машина, или я по каким-то своим причинам не смогу больше петь, это не значило бы, что дни группы сочтены. Они шли бы дальше, в группе или нет, они делали бы все, что должны делать. Нельзя быть настолько зависимым. В итоге появились бы различные возможности. Мы ждали и наблюдали за тем, лучше ему или нет. Чтобы быть до конца уверенными. Было бы довольно тяжело найти нового ударника, писать с ним альбом, и когда Гас возможно все же оправится , поехать с ним в тур. Это был бы идиотизм. 

Инт.: Что-нибудь пожевать перед выступлением?

 Вилле:  Нет уж, увольте. 

Инт.: Твои песни о любви, смерти, грехе и боле. Почему тебя это так привлекает? 

 Вилле: Я считаю, что музыка и кино должны быть драматичными, этот «Больше, чем жизнь». Новый сингл Daft Punk „Get Lucky" хороша для вечеринок и чтобы закинуться экстази (ухмыляется). Но мне нравятся альбомы, которые как бы сопровождают твою жизнь, пробуждают твое воображение, как хорошие книги. Или как при просмотре фильмов, таких как «Головокружение» Хичкока. Это круто - создавать музыку, которая сопровождает кого-то и остается с ним. При работе над альбомом это очень важно – иметь это понимание драмы. Жизнь, смерть, любовь- это самые мощные слова, которые нельзя заменить. Политика, религия – это меня не касается. Это мне неинтересно. 



Инт.: Ты много читаешь. В какой мере идея книги, которую ты как раз читаешь, влияет на музыку?

Вилле: Я, конечно, не могу выразить это влияние в процентах, но это заманчиво – вставить парочку хороших строчек в песню. На меня влияет все: разговоры с друзьями, природа за окном, фильмы, которые я смотрю, все впитываешь как губка. Мне нравится, когда в песне есть разные «послания», и обо мне в том числе. Я слишком много сомневаюсь, и на основе этих сомнений возникают эти противоречия между природой музыки и текстами. Мне это по душе. Это как фильм Дэвида Линча, где нельзя точно знать: это хорошо или плохо, или что-то между? Это ставит тебя в тупик. 

Инт.: Я смотрю у тебя Marlboro Lights. Снова за старое. И сколько же в день?

Вилле: Да я как-то не считаю. Но знаю точно, что недостаточно (ухмыляется). Сигаретой больше, сигаретой меньше… Я знаю, это дурацкая привычка, но это спасает от стресса.

Инт.: Когда- нибудь было такое, что на сцене сигареты заканчивались?

Вилле: Да это уже сто раз случалось. Но публика начинала кидать мне их на сцену. Я точно не знаю, где это было… (прикидывает) Не в Голландии… В Италии! Там мне дали одну. Я тогда подумал: о хорошая штучка! Правда один раз дали косяк. Черт возьми! Стою я такой, пою, затягиваюсь и понимаю, что это марихуана! Но мне повезло: это была последняя песня (ухмыляется).

Инт.: И как сейчас перед шоу? Все ёще колбасит от адреналина? Честно: ты до сих пор нервничаешь перед выходом?

Вилле: Да понятное дело! Раньше меня даже рвало. Худшее, что ты можешь сделать перед выступлением, это схомячить что-нибудь тяжелое. Максимум позавтракать- это норм. Сегодня я ещё ничего не кушал и перед выступлением тоже не буду. Сто процентов. Мой обмен веществ начинает валять дурака от волнения перед выступлением. Без конца гоняешь в туалет, даже если ты поел что-то нормальное задолго до выступления – все лезет. Это всё нервы. У некоторых чуваков, которых я знаю, в том числе и у актеров, та же самая хрень. Мы ничего не можем с этим поделать. Это все нервы.

Источник: http://vk.com/wall-408111_196644